О вопросах произвольного перемещения осужденных, перечисленных в ч. 4, ст. 73 УИК РФ

Федеральным законом от 27 декабря 2018 г. № 548-ФЗ «О внесении изменений в статьи 73 и 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации» были внесены поправки в ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса РФ. В частности, законодатели определили порядок отбывания наказания осужденными за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, 282.1, 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы.

Нормами новой редакции статьи определено, что данная категория осужденных направляется для отбывания наказания в отдельные тюрьмы или зоны в местах лишения свободы или СИЗО. Определяться же с выбором места лишения свободы федеральный орган уголовно-исполнительной системы будет самостоятельно.

По общему правилу, осужденный направляется в места лишения свободы в исправительные учреждения в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. Остается вопрос: на каком основании данная категория осужденных была вынесена отдельно?

Нельзя не обратить внимание на сам перечень статей, перечисленных в части 4 статьи 73 УИК РФ. Сложно сравнивать уровень общественной опасности, к примеру статей 210-211, если речь идет о преступном сообществе или вооруженном формировании и статьи 282.2.  В подавляющем большинстве случаев «экстремистами» признают тех, кто позволил себе негативно высказаться о властях, разместил на своей странице в сети Интернет фотографию, коллаж или просто «лайкнул» неугодный пост. Четкого правового определения слова «экстремизм» в России до сих пор не существует, поэтому здесь у следственных органов и судов имеется огромное поле для полета фантазии. Как показывает практика, все чаще «экстремистские» статьи становятся рычагом давления для неугодных, «неудобных» политических деятелей и активистов. Размыто и само понятие «разжигание ненависти». Не могу не согласиться с Сергеем Панченко, который в интервью для Радио «Свобода» указал: «Получается, что осужденные за репост приравниваются к террористам и отбывают наказание за тысячи километров от дома. Налицо абсолютное несоблюдение принципа гуманности. Механизм определения, что такое экстремизм в нашей правоохранительной и судебной системе достаточно прост: экстремизмом является то, что назвали экстремизмом оперативные сотрудники ФСБ. Затем, после недолгого следствия дело попадает в наш скорый суд, где сидят судьи, которые прекрасно знают, что от них требуется».

Право на уважение частной и семейной жизни является фундаментальным правом человека. Почему же тогда происходит такое деление? Напрашивается логичный вывод о том, что этих осужденных Законодатель к «людям» не относит. По мнению Законодателя, эти осужденные способны оказывать негативное воздействие на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных. На каком основании Законодатель приходит к такому выводу? Что можно считать негативным воздействием? Каким образом это воздействие будет оказываться? Этого Законодатель не разъяснил.

Согласно ст. 4 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства <…>. Как правило, половина этих условий нарушается введением ч. 4 ст. 73 УИК РФ.

Большое количество заключенных отбывает наказание за тысячи километров от дома, в особенности жители Северного Кавказа, так как практика показывает, что обычно статьи, перечисленные в ч. 4 с.73 УИК РФ инкриминируются жителям именно этого региона.  Очевидно, что связь осужденных с внешним миром ограничивается умышленно. Они находятся в условиях изоляции и зависимости от места лишения свободы, которое, как показывает практика, обладает неограниченной свободой действий в отношении этих заключенных. Лица, осужденные за вышеупомянутые статьи, становятся одной из самых уязвимых групп осужденных. К ним не могут добраться родственники, адвокаты и правозащитники, а даже если и добираются, то сотрудники ФСИН, зная обо всех трудностях, связанных с перемещением, шантажируют заключенных отменой свиданий и этапированием в иную колонию. Стоит отметить, что количество этапирований закон не ограничивает.

Известно, что лишь появление в жизни заключенного правозащитника, либо адвоката ставит точку в издевательствах над ним и содержании в нечеловеческих условиях. Обратная связь с заключенными свидетельствует о положительной динамике при налаженном взаимодействии осужденного, к примеру, с правозащитной организацией. Однако, проблема удаленности делает это невозможным.

Родственники заключенных, как правило, по состоянию здоровья или финансовому положению не имеют возможности выезжать на дальние расстояния, а ходатайства осужденных о переводе в исправительное учреждение, расположенное ближе к дому в большинстве случаев не удовлетворяются, они лишаются единственной возможности связи с внешним миром, моральной и материальной поддержки семьи, что оставляет заключенных совсем одних. Обжалование этих отказов в судебном порядке является неэффективным, суды признают решения ФСИН России законными, со ссылкой на ст.81 УИК РФ, которая гласит, что осужденные должны отбывать наказание в одном исправительном учреждении.

7 марта 2017 года Европейский Суд по правам человека вынес постановление по делу «Полякова и другие против РФ». В Суд обратились заключенные и их родственники с жалобой на удаленность места отбывания наказания от места жительства семей, которая составила от 2000 до 8000 км, что создавало препятствия в реализации права на свидания. В этом решении Суд высказал позицию, что российский закон, в частности п.2 и 4 ст.73 и 81 УИК РФ, не удовлетворяет требованию о «качестве закона», поскольку не содержит требований, обязывающих ФСИН России учитывать вероятные последствия для семейной жизни заключенных или их родственников, которые могут возникнуть из-за определенного географического расположения исправительного учреждения. А также, Суд обосновал, что этот закон не предоставляет фактической возможности перевода заключенного в другое учреждение по основаниям, связанным с правом уважения семейной жизни и не гарантирует человеку возможность судебного пересмотра соразмерности решения ФСИН России и интересов заключенного, закрепленных законом и касающихся поддержания семейных и социальных связей.

Из доклада комитета «Гражданское содействие», касающегося защиты прав жителей Северного Кавказа, отбывающих наказание в учреждениях пенитенциарной системы России, следует, что «концепция развития системы исполнения наказаний объявляет своей целью гуманизацию условий содержания и отказ от репрессивных форм исправления, осужденных в пользу воспитательной работы, социальной реабилитации и ресоциализации. Однако, реальный уровень гуманизации уголовно-исполнительного законодательства в связи с введением ч. 4 ст.73 УИК РФ снизился. Таким образом, цели реформы не были обеспечены практической работой».

Введение части 4 в статью 73 УИК РФ наделяет систему ФСИН огромными полномочиями, что чревато произволом. Основная их опасность в том, что эти полномочия по своей правовой структуре бесконтрольны, а значит применимы к любому. На деле достаточно будет заключения опер отдела, чтобы направить человека в любую колонию страны, подходящую ему по режиму.

 

Государство, по возможности, должно помогать заключенным создавать и поддерживать связи с родственниками и людьми из внешнего мира, чтобы поддержать социальную реабилитацию заключенных, в том числе лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы и обеспечить право на уважение их личной и семейной жизни. На сегодняшний день огромное количество бюджетных средств государства ушло на выплату компенсаций жертвам пыток и нарушений других прав. Государству следует соотнести эти расходы с простым соблюдением прав человека и принципов гуманизма, в том числе и в системе исполнения наказания. Экономия приятно удивит.

 

Наши партнёры

logo_menu3        «TERRA NOSTRA» logo RGB
 
 
Телефон:
Адрес:
115172, Москва г, Новоспасский переулок, дом №3, к.2, этаж 1, пом.XX, ком.1-5
director@cg-status.ru
Яндекс.Метрика