Мнения

Рассмотрении уголовного дела после отмены приговора в апелляционном порядке

Принцип недопустимости поворота к худшему действует не только в рамках отдельной стадии, но и в рамках всего дела, в том числе - при новом рассмотрении после отмены. Отмена приговора не всегда полностью "обнуляет" производство по первому делу, не создаёт процессуальную tabula rasa. Про это неоднократно писали и ВС РФ, и региональные суды.

По смыслу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, при новом рассмотрении уголовного дела после отмены приговора в апелляционном порядке суд первой инстанции не вправе ухудшить положение осужденного, если обстоятельства, послужившие основанием для этого, не указывались в апелляционном представлении либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, и по этим основаниям приговор не отменялся судом апелляционной инстанции.
(Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 23.01.2014 N 46-АПУ13-39)

По смыслу закона и в соответствии с принципом недопустимости поворота к худшему суд первой инстанции при новом рассмотрении уголовного дела после отмены приговора не вправе ухудшить положение осужденного, если основанием, послужившим для его отмены, не являлась несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости. Как видно из представленных материалов, по предыдущему приговору О. было назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года 6 месяцев. Этот приговор был отменен судом кассационной инстанции в связи с допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела, но не в связи с его чрезмерной мягкостью. При новом рассмотрении суд первой инстанции не мог ухудшить положение О., назначив более строгое наказание.
(Апелляционное определение Приморского краевого суда от 22.06.2015 по делу N 22-3576/2015)

Текст: Максим Никонов

Алексей Федяров про наше заседание, иск Кривицкой и ее помпоны
Алексей Федяров про наше заседание, иск Кривицкой и ее помпоны
"Примерно в середине 90-х было громкое дело, бывшая жена какого-то грузинского уголовника вышла замуж за богатого бизнесмена,а потом, чтобы завладеть его деньгами и особняком, убила его,а также его дочь и маленького внука, оставшихся у них дома ночевать. С помощью бывшего мужа уголовника имитировала ограбление и себя выставляла случайно выжившей жертвой, но все вычислили и ей дали20, а в кассации сократили до 18. Это случайно не эта самая Инга?".

Давайте посмотрим, может кто слышал?
Фамилия бизнесмена, думаю бывшая Инги ныне Кривицкой - Кварацхелия.

На фото я в коридоре суда показываю РБК, как человек, не слышавший о нас, помещает нашу символику авторства Алексей Меринов на свои аккаунты.
Здорово же: "Русь Сидящая? Нет не слышал. Их герб и шрифты на моих аккаунтах? Да ладно? Не может быть". 

И все не покидает чувство, что ерундой приходится заниматься, какие-то идиоты разрабатывают спецоперации, чтобы стянуть твои калоши в парадной.
Интересные вещи происходят с СКР

Помним, с какой помпой это создавалось. Как недоуменно смотрели прокурорские (сам поглядывал) на вновь создаваемую параллельную контрольную структуру, дорогую, бессмысленную и абсолютно бесполезную.

Видимо, наигрались. Возможно, решили отрезанные у прокуратуры лапки пришить обратно и вернуть надзор. Лишь бы правильно пришили, к тому месту, откуда должны расти. Но, с учетом твердого многолетнего вектора на отказ в удовлетворении любых жалоб на следствие, привязки прокурорских и следственных показателей, все это бессмысленно.

Вообще, мнение следователей таково: процессуальный контроль – это ссылка. Следователи туда идти не хотели. И не потому, что надзорные функции неинтересны и не нужны. Это полноценный надзор в собственной фирме, но сделан он не по образу и подобию прокурорского, а по кальке контрольно-методического управления МВД. Там тоже есть контролеры. И они рассматривают жалобы. Как? Никак. Главное для этих структур – скрыть нарушение закона.

Работа сотрудников этого управления – имитация. Этих должностей нет в УПК. Они не могут дать указаний по делу или отменить незаконное решение. Их задача проста и цинична – отказывать в удовлетворении жалоб на следователей. Этим же занимается, кстати, и сохраненный в полном объеме, но лишенный полномочий прокурорский надзор. Для понимания расскажем, как прокуроры пятнадцатого управления прокуратуры и инспекторы процессуального контроля СК рассматривают жалобы.

Первая задача прокурора или инспектора – не оставить жалобы у себя на рассмотрении, направить её в нижестоящий орган либо иное ведомство. Именно поэтому так сложно получить ответ руководителя областной прокуратуры или управления СК – вас постоянно будут отсылать нижестоящим.

К примеру, в СК вам ответит сначала заместитель начальника следственного отдела, начальник отдела, заместитель начальника отдела процессуального контроля, начальник отдела, заместитель начальника управления и лишь потом с приложением всех ответов вы можете выходить на руководителя управления, но в этот момент, как правило, незаконное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (к примеру) формально отменяют, через пару недель вы получаете такое же и начинаете карусель заново.

Система заточена на отказ в удовлетворении любой жалобы, и это логично. Система не может находить пороки у себя и есть свой хвост.

Второе, что делают и инспектор, и прокурор – запрашивают у следователя справку по уголовному делу или материалу проверки. Не само дело или материал. Их читать некогда. Справку. От лица, действия которого вы обжалуете. И следователи умеют писать эти справки. Когда знаешь, что дело читать никто не будет, это очень просто.

Третье – готовят отказной ответ. На тысячу рассмотренных жалоб удовлетворенных приходится две-три, в лучшем случае — до десяти. Так сложилось. И процессуальный контроль СК, и прокурорский надзор за следствием сейчас – это симулякр. Смена распределения полномочий не даст ничего.

Оставили процессуальный контроль лишь в центральном аппарате за расследованием особо важных дел. И стало смешно: контролеров много, часто они – вчерашние районные следователи, проработавшие пару лет и переместившиеся ближе к кухне. А следователи «важняки» там – серьезные зубры, которым эти еще неграмотные мальчики на один зуб. Вот и контролируют. Только чай контролируемым не носят. Хотя, кто знает.

В процессуальный контроль шли за карьерой, это близко к начальству. Оттуда не вернутся в следствие. Сейчас все «распущенные» сидят в очередях к руководству, собирают слухи и пытаются решить основную задачу: остаться в аппаратах управлений, на любых должностях. На «землю» не хочет никто. Для них спешно придумывают должности – ненужные помощники и заместители ненужных начальников ненужных департаментов.

Этих людей – процессуальный контроль — можно со спокойной душой увольнять. Эти должности не нужны. Прокурорского надзора будет достаточно. Если он будет.

Текст: Алексей Федяров

Приговор отменен, новое рассмотрение.
Приговор отменен, новое рассмотрение.

Очень интересное постановление президиума Владимирского областного суда от 24.12.2018 вчера посмотрел (Судья первой инстанции Мустафин В.Р., Дело № 44у-43/2018).

Человека, ранее судимого, а это всегда очень удобно, обвинили в ряде краж. 
Он признал и попросил особый порядок. Убеждать таких опера умеют, методы отработаны, все подпишешь. 
Следователь, адвокат по назначению, прокурор, судья первой инстанции номер отбыли, приговор вынесли, человека осудили к лишению свободы. Строгий режим.
Человек начал жаловаться. Не совершал нескольких краж из вмененных, думал, суд разберется, все же очевидно. Не мог я их совершить, говорит, алиби у меня. 
Апелляцию адвокат по назначению даже писать не стал.

И вот чудо, президиум изволил принять жалобу осужденного человека и увидеть справку в деле, что не мог он, как минимум, один эпизод совершить. Административный арест отбывал в это время.

Пишет суд следующее, тут я дословно: «По смыслу пункта 22 статьи 5, пунктов 4, 5 части 2 статьи 171 и части 1 статьи 220 УПК РФ применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием обвиняемого (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 N 60 (ред. от 22.12.2015) "О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел").
Данное положение закона в его взаимосвязи с положениями ч.3 ст.7, ст.11 УПК РФ предопределяют не только право, но и обязанность суда в рамках производства согласно главе 40 УПК РФ убедиться в том, что предъявленное лицу обвинение обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, которые отвечают требованиям ст.74 УПК РФ, и одновременно не содержат процессуальных изъянов, перечисленных в ст.75 УПК РФ».

Приговор отменен, новое рассмотрение.

Вот она, цена особого порядка, явок с повинной, раскрываемости краж, которые вешают на любого удобного, цена прокурору и судье Мустафину, (следователя даже не берем в расчет).

И отдельный привет адвокату. Как спится тебе, защитник?

Текст: Алексей Федяров

Оправдательные приговоры

Центральный аппарат СКР по поручению Александра Бастрыкина проверит все уголовные дела, по которым вынесены оправдательные приговоры. И заодно дела, возвращенные из судов (читай, те же оправдательные).

Это очень смешно. Для тех, кто не в теме, надо пояснить.
Все уголовные дела проверяются постоянно. При возбуждении, при продлениях следствия и арестов, при рассмотрении жалоб, да, вообще, на всякий случай. Каждый начальник следственного отдела и каждый надирающий заместитель прокурора (обычно это именно зам) знает все уголовные дела, что на текущий момент в производстве. 
Особенно хорошо они знают дела сомнительные. И то, что дают такие ответы и плюют на все жалобы, так это не от того, что не вникают. А от того, что нет смысла вникать - суды все равно все сжуют.
Когда не жуют, когда происходит тот самый ноль десятый процент, тогда проходят служебные проверки и летят головы. То есть это - обычное дело, и ничем г-н Бастрыкин не удивил, эти дела и так проверили бы и уже проверили большинство. Уже люди наказаны. Он такой порядок давно установил, просто, видимо, надо было что-то вчера сказать. 
Обидно же, ей богу. Человек 11 лет старается, миллиардов потрачено немеряно, а тут вон чего.

А Ольга Егорова прекрасна. Констатирует ничтоже сумняшеся: следователи работают плохо. Мы то, говорит, привыкли и все равно 99,9% обвинительных положенных даем, но вот присяжные удивляются. Так звучала ее речь вчера в подтексте. Именно так. Мы, судьи, сказала она, плюем на те нарушения закона, из-за которых присяжные оправдывают по каждому второму рассмотренному делу.

И чем закончится эта очередная Бастрыкинская кампания? А чем закончились все остальные? Осенние, к примеру, Вологодские и Красноярские, с отстранениями и публичным разрыванием удостоверений?
Вот.

Ну и, как выросший в прокурорском следствии, не могу не сказать еще одну вещь. В следкоме сейчас следователей - около 40 процентов. Остальные - неведомая накипь, смысла не имеющая и пользы не несущая. Но накипь наказывать не будут. Это накипь будет решать, кого наказать. 
Попадет следователям, да и то не всем. Не тем попадет, кто принц, и кого папа загнал в СКР для карьеры исключительно, купив предварительно квартирку поближе к работе. На столе у таких следователей обычно пара самых простых дел и звезды им на погоны падают исправно. 
Гнев падет на следаков-работяг, которые пашут днями и ночами, работа то на земле адова, так устроено нынче в этом ведомстве.
У них один кабинет на двоих-троих, им негде сушить и хранить вещдоки, в сейфах по 15 дел и сотня материалов. И контроль, звонки и доклады наверх каждый день - накипи же надо показать работу.

Давно думаю, а почему бы председателю СК и его замам не устроить дауншифтинг на пару лет в порядке эксперимента, взять по району самому сложному в Кемерово, к примеру, и Самаре. Показать всем, как надо работать на земле. А потом - пожалуйста обратно. 
Если не уволят до того. Или не посадят.

Алексей Федяров.

Статья 282. Победа, говорят, смягчение.

Плюсы есть, да. Прекратят дела, что уже были возбуждены, пересмотрят приговоры по части 1 статьи 282. Это хорошо.

В шахматах это - гамбит. Отдал фигуру или даже несколько, получил преимущество на отдельном участке и взял партию.

Проникновенно говорят: «Смотрите, дела перестали возбуждать сразу, как только разговоры пошли!». 
Ну да. Ты следователь, у тебя материал по части 1 статьи 282, диспозицию ее меняют на днях, так зачем тебе возбуждать дело для очевидного прекращения?
Это вообще не показатель ничего, кроме прагматизма следователей.

Сейчас система раскачается, протащит тысячу-другую административных дел, и пойдут дела уголовные. 
Странная либерализация выходит: была статья уголовная, осталась, добавили статью административную. 
Привлекались сотни в год, будут тысячи. 
Надо было следствие провести, теперь достаточно собрать административный материал. 
Нужны были месяцы, теперь хватит пары дней, чтобы человек оказался на сутках в спецприемнике и навсегда на оперативных учетах как экстремист.

И еще ягодка: статья 280 (призывы к экстремистской деятельности) осталась.
За экстремизм простой можно привлечь теперь только после административного наказания, а вот за призывы к нему - сразу.

Что же, надо уметь ценить противника. 
АП, ФСБ, МВД, это - блестящий гамбит. Разыгран по нотам. 
Признаю.

Алексей Федяров.

Наши партнёры

logo_menu3        «TERRA NOSTRA» logo RGB
 
 
Телефон:
Адрес:
115172, Москва г, Новоспасский переулок, дом №3, к.2, этаж 1, пом.XX, ком.1-5
director@cg-status.ru
Яндекс.Метрика